История

Воскресенского Новодевичьего монастыря
Основание Воскресенского Новодевичьего монастыря относится ко времени царствования Елизаветы Петровны. На том месте, где сейчас высится великолепный собор Воскресения Словущего Смольного монастыря, в 1741 году стоял деревянный Смольный дворец Елизаветы, младшей дочери Петра Великого.

В этом дворце в ночь на 25 ноября Елизавета молилась перед иконой Божией Матери "Знамение" о даровании ей Российского престола. Во время молитвы Елизавета дала обет Господу: если станет государыней, не казнить ни одного человека. И на протяжении всего своего почти двадцатилетнего царствования этот обет она ни разу не нарушила.

Строительство монастыря на месте Смольного дворца являлось особым благодарением Богу за успешное воцарение Елизаветы на Российском престоле. Работу над проектом грандиозного монастыря начал в 1744 году архитектор Франческо Бартоломео Растрелли.

В 1748 году на месте будущего монастыря состоялся молебен об учреждении новой обители в присутствии императрицы. После молебна духовенство и присутствующие обошли крестным ходом вокруг Смольного Ее величества дворца, положив основание Воскресенскому Новодевичьему монастырю.

По разным причинам прочную монашескую общину создать в новообразованном монастыре не удалось, и к 1797 году монастырь был упразднен.

В середине XIX века, несмотря на расцвет женского монашества, в Санкт-Петербурге не было ни одной женской обители. Минуло восемьдесят лет со времени неудавшейся попытки основания Новодевичьего монастыря, когда дочь императора Николая I великая княгиня Ольга, предложила обер-прокурору Святейшего Синода графу Н. А. Протасову возродить женскую обитель.

Обер-прокурор представил императору Николаю I доклад о пользе учреждения в столице женского монастыря. Предложение было поддержано государем.
дабы лица женского пола могли... находить во святой обители деятельные примеры благочестия и руководство во истинных правилах Православия, тем более что русский народ привык видеть обители иноков и монахинь во всех значительных городах Империи
Николай Александрович Протасов, обер-прокурор Священного Синода
Церковь в честь Благовещения Пресвятой Богородицы занимала участок на Малом проспекте между 7-й и 8-й линиями. Великолепный пятиглавый двухэтажный храм решен в стиле раннего барокко. Высокая четырехъярусная колокольня воздвигнутая в стиле раннего классицизма, имела хорошо подобранный по тону набор колоколов.

Вскоре монастырь было решено перевести на новое, более удобное место. Причиной перевода монастыря стало строительство первого постоянного моста через Неву - Благовещенского, который располагался как раз вблизи 7-й и 8-й линий.

В 1848 году монастырь получил обширный участок у Московской заставы, и после постройки новых корпусов монахини переехали туда.
Игумения Феофания (Готовцева)
Настоятельницей воссоздаваемой обители была избрана монахиня Феофания (Готовцева), бывшая личная пансионерка императрицы Марии Федоровны в Екатерининском институте, хорошо известная в Петербурге своим благочестием и активной деятельностью в Горицкой обители.

Еще в первые годы поступления матери Феофании в Горицкую обитель, ее духовник архимандрит Феофан рассказывал, что видел странный сон. «Мне снилось, - говорил он, - будто привели меня в столь прекрасное место, что слов нет описать его красоту. Много увидел я там обителей: и стали мне показывать, кому какая принадлежит, сказали, что там есть много спасающихся из Горицкого и других монастырей. Я спросил: "А это какие, мне неизвестные? " И услышал ответ: "Петербургские"». Тогда никто не понимал, что это значит, и объяснили так: «Видимо к нам приедут из Петербурга и спасутся». Но отец Феофан ответил: «Нет, я видел петербургскую обитель и там много спасающихся».
Первой на новом месте была воздвигнута деревянная церковь в честь Казанской иконы Божией Матери, а уже в 1849 году в присутствии императора Николая Павловича митрополитом Санкт-Петербургским и Новгородским Никанором совершилась торжественная закладка Собора Воскресения Христова. Таким образом было положено начало Воскресенскому общежительному монастырю.
Император и Священный Синод не раз удостаивали игумению Феофанию наград за ее ревностное служение Церкви и Отечеству. Она упокоилась о Господе в 1866 году и была погребена за алтарем Воскресенского Собора. Сейчас ее честные останки находятся в Казанском храме в приделе прп. Серафима Саровского.

Последующие настоятельницы монастыря также внесли огромный вклад в созидание обители. Игуменией Евстолией (Ерофеевой), управлявшей монастырем двадцать лет (1866-1886 гг.), был позолочен купол Воскресенского Собора, приведено в порядок кладбище, организован приют для девочек с 8-классным училищем. Игуменией Валентиной (Ивановской) (1888-1904 гг.) была учреждена церковно-приходская Князь-Владимирская школа с домовой церковью, а так же скиты. При игумении Антонии (Рейнбот) (1904-1916 гг.) была воздвигнута колокольня по проекту Л. И. Бенуа и Цейлера. Незадолго до революции по проекту архитектора В. А. Косякова была построена каменная церковь Казанской иконы Божией Матери в византийском стиле.

К началу революции 1917 г. в Новодевичьем монастыре жило более 400 насельниц – 75 монахинь, 58 штатных послушниц и около 280 сестер «на испытании». Имелось 8 храмов: собор в честь Воскресения Христова; домовые церкви в келейных корпусах: во имя Трех Святителей и во имя Афонской иконы Божией Матери; усыпальница в честь Казанской иконы Божией Матери; два храма на кладбище: во имя святого Илии Пророка и в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость»; каменная церковь во имя Казанской иконы Божией Матери (не была освящена) и церковь во имя преподобного Исидора Пелусиота в колокольне (освящена после 1917 г.).

У обители имелось большое хозяйство (конюшня, коровник, птичий двор, свинарник, квасоварня, пчельник и ферма). В обители действовали знаменитые иконописная, золотошвейная и ковровая мастерские. Значительная часть монастырского капитала шла на благотворительную деятельность, в частности на содержание больницы, детского приюта, богадельни для сестер.

Воскресенский монастырь
в 1917-1932 гг.
Судьба Воскресенского Новодевичьего монастыря была схожа с участью многих святых обителей, принявших на себя удар богоборческой власти. Всю тяжесть обрушившихся гонений понесла игумения Феофания (Рентель) (1918-1935 гг.), которая была заботливой матерью для сестер и твердым защитником обители.

Уже первые постановления советской власти непосредственно коснулись жизни монастыря: запрещение религиозным обществам владеть собственностью, лишение их прав юридического лица и национализация всего церковного имущества.

Летом 1919 года дело дошло до реквизиции всех капиталов обители.
Отобрав у монастыря почти все имущество и деньги, власти, казалось, обрекли живущих в нем на голодную смерть, но почти никто из монахинь этих трудностей не испугался и не покинул родную обитель. "Все друг друга поддерживали, и из моей комнаты ни одна монахиня не ушла из монастыря", - вспоминала позднее на допросе 1932 года инокиня Александра.
В ночь с 17 на 18 апреля 1932 г. в Новодевичьем монастыре было арестовано 126 сестер. Были оставлены лишь престарелые и больные, которые не могли передвигаться.
После революции обитель фактически существовала еще пятнадцать лет под разными названиями: артель "Воскресенское трудовое братство", "сельскохозяйственное общежитие Воскресенского Новодевичьего монастыря" и др. Игумения Феофания (Рентель) стала уполномоченным лицом для подписания контракта с центральным жилищным отделом Комгорхоза на долгосрочную аренду жилых помещений.

Теперь для проведения любого собрания, крестного хода необходимо было подать заявление в церковный стол и получить разрешение на его проведение. Игумения Феофания исполняла все предписания точно и безукоризненно, при этом оставалась человеком, не отказавшимся от веры, и при всех обстоятельствах считала себя игуменией.

Монахини не представляли своей жизни без монастыря, не собирались никуда уходить и готовы были умереть в родной обители.

Вот как описывал жизнь монастыря на рубеже 1920-30 гг. церковный историк А. Э. Краснов-Левитин: «Период с 1925 по 1932 г. — период величайшего расцвета питерского монашества. Все корыстолюбивые, недобросовестные люди ушли — остались лучшие. Полулегальное, стесненное со всех сторон, ежеминутно ожидающее ареста и полного разгрома (что и осуществилось в феврале 1932 г.), монашество в то время отличалось чистотой своей жизни, высотой молитвенных подвигов… Я и раньше знал многих монахов; но только здесь, в Новодевичьем, впервые понял обаяние монашества и сам стал страстно желать монашеской жизни».

Летом 1929 года по указу президиума Ленсовета были закрыты сразу три храма обители. Первой была закрыта и вскоре разрушена деревянная церковь во имя Казанской иконы Божией Матери. В конце осени 1929 г. власти закрыли церковь во имя Трех Святителей Вселенских. Одновременно были закрыты и разобраны на кирпичи две часовни, построенные по проекту архитекторов Н. Е. Ефимова и Н. А. Сычева.

В 1930-31 гг. также были разобраны на кирпичи кладбищенские церкви Новодевичьего кладбища – во имя святого Пророка Илии и во имя иконы Божией Матери «Всех скорбящих радость».
Большевикам удалось разрушить наши храмы, превратить их в клубы, общежития и больницы, устроить из нашего кладбища помойку, а монастырский сад превратить в игровую площадку и парк развлечений.
 
 
 
 
Им удалось унизить нас, надругаться над нами, лишить нас монашеского достоинства перед лицом других...
 
 
 
 
 
 
 
 
Но им не удалось добиться самого главного – стереть семя веры в наших сердцах и с лица нашей земли. Разве можно оружием добраться до сердца? Разве после смерти, я перестану любить Бога? Умрем мы, но возродиться монашеская жизнь на месте нашего дома – нашего монастыря!
В ночь с 17 на 18 апреля 1932 г. в Новодевичьем монастыре было арестовано 126 сестер. Были оставлены лишь престарелые и больные, которые не могли передвигаться.

31 мая 1932 г. президиум Леноблисполкома принял постановление о ликвидации собора в честь Воскресения Христова и передачи его здания для устройства универмага.

26 июня 1933 г. было принято решение о сносе колокольни обители. При этом была уничтожена и существовавшая в здании колокольни церковь во имя преподобного Исидора Пелусиота.

Через несколько месяцев разобрали высокую каменную ограду с башенками и двумя часовнями, снесли церковные купола, шатры, звонницу при еще действующей церкви во имя Афонской иконы Божией Матери и уничтожили внутреннее убранство закрытых храмов.

В 1935 году матушка Феофания была арестована и отправлена в ссылку. 7 марта 1938 г. был арестован и 18 марта расстрелян последний священнослужитель церкви во имя Афонской иконы Божией Матери протодиакон Владимир Беляев. Церковная жизнь в монастыре полностью прекратилась. Внутренние помещения монастырских зданий были перестроены, после чего их занял НИИ электромашиностроения.
Вновь откроет Господь Свои объятия для всех девиц, желающих посвятить ему Свою жизнь. Тогда каждый мученик узнает своего мучителя и каждый мучитель своего мученика, которого казнил.
Возрождение обители началось с приходом общины сестер в 1996 году. Сестры временно поселились в двухэтажном здании вблизи церкви во имя Казанской иконы Божией Матери. Здесь отсутствовали отопление, водоснабжение и канализация, протекала кровля, здание требовало капитального ремонта.

Постепенно возвращались храмы и монастырские корпуса — все в аварийном состоянии. Первым был передан храм Казанской иконы Божией Матери. В храме появилась сияющая обновленная икона Казанской Божией Матери. Потемневший дивный образ собирались реставрировать, но он чудесным образом обновился 6 ноября 1996 года в праздник иконы «Всех скорбящих Радость».


За годы возрождения была полностью восстановлена полноценная монашеская жизнь, восстановлен Казанский и Афонский храмы обители, устроены храмы в честь прп. Серафима Вырицкого, прп. Силуана Афонского и явления Божией Матери преподобному Сергию Радонежскому. Производится реставрация и роспись Воскресенского собора.

Заложен камень в фундамент воссоздоваемой колокольни с надвратным храмом в честь положения Пояса Пресвятой Богородицы.

Возрождена образовательная деятельность в Свято-Владимирской общеобразовательной школе.

При монастыре действует приют для мам с детьми, оказавшимися в трудной жизненной ситуации, и богадельня.

Возрождение монастыря было благословлено обретением мощей великого угодника и проповедника Божия святого исповедника Илариона Троицкого, возвращением дореволюционной чтимого образа обители Пресвятой Богородицы Отрадо и Утешение, посещением святынь Пояса Богородицы и Даров Волхвов.